Профиль инвестора Red95 | Тинькофф Инвестиции Пульс

Логика Главы ЦБ (из текущей пресс-конференции): 1. ЦБ нужно действовать на упреждение. ЦБ ожидает рост спроса со стороны государства в этом и следующем году, поэтому у ЦБ нет необходимости беспокоится об ухудшении условий в бизнесе и снижении спроса с его стороны. Иначе, будут проинфляционные риски🤪 2. Проблема бизнеса - не в высокой ставке ЦБ, а в наличии стимулирующих факторов, увеличивающих рост производства и производительности. Все хорошо у ЦБ и настроение умеренно-хорошее😵‍💫😅 Коммерсанты, закатайте рукова и пошли инвестировать и повышать производительность! 🚀🚀😂😂 Вопросы ЦБ: 1. Как повышать производительность, если нужны инвестиции, а прибыли нет из-за возросших налогов и снижения спроса? 2. Где и под какой процент нужно брать кредит на инвестиции? Т-банк активно предлагает кредит под 30+% для бизнеса. Отвественность собственника - субсидиарная (всем личным имуществом). Заботкину А. Б. можно предложить ФЭМки посчитать и показать личным примером как работать в МСП. Успехов все нам!

По ставке ЦБ от ИИ, часть 3: 5. Как применима теория Сарджента—Уоллеса Сарджент и Уоллес в работе "Some Unpleasant Monetarist Arithmetic" показали условный механизм: при устойчивом первичном дефиците и фискальном доминировании чрезмерно жесткая денежная политика сегодня способна потребовать более высокой денежной эмиссии и инфляции в будущем. Механизм выглядит следующим образом: высокая ставка → рост стоимости государственного долга → увеличение будущего дефицита → новый долг → рост процентных расходов → риск последующей монетизации или инфляционного обесценения обязательств. Именно так результат Сарджента—Уоллеса формулируется в современной литературе: в режиме фискального доминирования более жесткая политика сегодня может приводить к более высокой будущей инфляции. Однако это не означает, что Россия уже находится в режиме фискального доминирования или что любое повышение ставки обязательно вызывает инфляцию. Работа задает важное предостережение: денежная жесткость не должна рассматриваться отдельно от межвременного бюджетного ограничения. Фискальная теория уровня цен Джона Кокрейна усиливает этот аргумент: устойчивость цен зависит от соответствия реальной стоимости государственных обязательств ожидаемым будущим первичным профицитам. Если повышение ставок увеличивает долг, но бюджет не формирует будущих источников его обслуживания, фискальная политика может начать создавать инфляционное давление. 6. Предлагаемая траектория ставки Условия Решение Июнь 2026 года Снизить до 13,5% Инфляция за 3–6 месяцев замедляется, ВВП и инвестиции остаются слабыми Снижать по 50–100 б.п. на заседание Базовая инфляция без налоговых эффектов приближается к 4–5% Довести ставку до 12–12,5% к концу года Второй квартал также показывает снижение ВВП, растут дефолты МСП Рассмотреть 11,5–12% к концу года Возникает широкое ускорение цен, валютный или депозитный стресс Сделать паузу, сохранив 13–13,5% Сразу снижать ставку до 11–12% в июне нецелесообразно: резкий шаг без бюджетного плана может повысить валютную и инфляционную премию в длинных ОФЗ. В результате ключевая ставка снизится, но стоимость государственных заимствований может остаться высокой. 7. Чем заменить чрезмерно высокую общую ставку Риски отдельных сегментов необходимо сдерживать адресно: сохранить повышенные надбавки по кредитам чрезмерно закредитованным крупным компаниям; ограничивать наиболее рискованное необеспеченное кредитование и ипотеку макропруденциальными лимитами; при ухудшении качества кредита частично использовать накопленные банковские буферы; поддерживать реструктуризацию жизнеспособных МСП; не сдерживать всю экономику ради ограничения нескольких рискованных кредитных сегментов. Такой подход соответствует данным самого ЦБ: банковская система устойчива, а основные проблемы концентрируются в отдельных категориях заемщиков, прежде всего в микробизнесе и компаниях с высокой долговой нагрузкой.

По ставке от ИИ, часть 2: 3. Для решений нужно использовать не общую инфляцию, а расширенную систему показателей Инфляционные ожидания населения не следует полностью исключать, но их вес необходимо снизить. Они являются опросным, а не фактическим показателем и в 2026 году могут отражать ожидания повышения налогов, тарифов и собственных издержек. Решение по ставке целесообразно основывать прежде всего на: сезонно скорректированной инфляции за последние три и шесть месяцев; базовой инфляции без прямого эффекта НДС и регулируемых тарифов; широте роста цен — доле товаров и услуг, дорожающих быстрее цели; темпах кредитования, инвестиций и выпуска; финансовом результате предприятий; дефолтах и реструктуризациях МСП; профессиональных прогнозах и рыночных показателях; валютном курсе и состоянии депозитов. Опрос населения должен оставаться вспомогательным индикатором возможных вторичных эффектов, но не самостоятельным основанием для сохранения реальной ставки около 9%. 4. Необходимо учитывать обратное влияние ставки на бюджет За январь–май 2026 года дефицит федерального бюджета достиг 6,01 трлн руб., или 2,6% ВВП, против 3,03 трлн руб. годом ранее. Расходы выросли на 17%, доходы — только на 0,3%, при этом нефтегазовые доходы снизились почти на 30%. Минфин объясняет значительную часть дефицита опережающим финансированием расходов, поэтому для денежно-кредитных решений важно смотреть не только на кассовый дефицит, но и на его структуру. ЦБ и Минфину необходимо отдельно рассчитывать: первичный дефицит — без процентных расходов; структурный дефицит — без временного авансирования контрактов; расходы на обслуживание существующего долга; дополнительную стоимость рефинансирования ОФЗ при текущих ставках; влияние снижения ВВП на налоговые доходы. Высокая ставка может сначала сдерживать спрос, но одновременно повышает доходности новых ОФЗ. По мере погашения старых выпусков и замещения их более дорогими бумагами растут процентные расходы бюджета. МВФ отдельно отмечает, что при коротких сроках долга повышение рыночных ставок быстрее переносится в расходы на обслуживание за счет рефинансирования по новым ставкам.

Что будет со ставкой ЦБ на ближайшем заседании. Допускаю, что её "опять" понизят на 0,5% или даже оставят неизменной "из роста проинфляционных ожиданий" и "всплеска инфляции из-за роста цен на топливо". Но мы же - не ЦБ и знаем, что текущий рост цен на топливо и по цепочки товаров, цена которых сильно зависит от цен на топливо, никак не регулируется ставкой ЦБ. Зато текущее запредельно высокое для экономики значение и динамика ставки ЦБ будет и дальше определять, будет ли экономика РФ и бизнес дальше ускорять падение, а дефицит бюджета расти и дальше высокими темпами. Представлю, что говорит и рекомендует ИИ в текущей ситуации с учётом данных из информационно-аналитического обзора ЦБ о финансовой стабильности экономики. Часть 1: Итоговая рекомендация На заседании в конце июня 2026 года целесообразно снизить ключевую ставку на 100 б.п. — с 14,5 до 13,5%, одновременно объявив условную траекторию дальнейшего снижения до 12–12,5% к концу 2026 года. Это не переход к стимулирующей политике. При инфляции 5,31% (более ранние данные) грубая фактическая реальная ставка сейчас составляет около 9,2%, а после снижения до 13,5% останется около 8,2%. Макроэкономический опрос самого Банка России оценивает реальную ключевую ставку в 2026 году в 8,7%, а нейтральную номинальную ставку — примерно в 8%. Следовательно, даже после снижения денежно-кредитная политика останется значительно жестче нейтральной. 1. Почему сохранение ставки 14,5% несет растущие риски Экономика уже перешла от замедления к околонулевой или отрицательной динамике: ВВП в I квартале 2026 года составил 99,8% к соответствующему периоду прошлого года. Одновременно Банк России признает замедление экономической активности и уязвимость МСП. В «Обзоре финансовой стабильности» отмечено: доля кредитов МСП IV–V категорий качества выросла с 5,9 до 7,6%; около каждого десятого заемщика-микропредприятия испытывает существенные проблемы с обслуживанием долга; рост налоговой нагрузки особенно сильно влияет на микробизнес; около двух третей корпоративного кредитного портфеля выдано под плавающую ставку, поэтому снижение ключевой ставки быстро уменьшает процентные расходы компаний; банковский сектор располагает запасом капитала и макропруденциальными буферами. Следовательно, еще несколько месяцев чрезвычайно высокой реальной ставки могут дать не столько дополнительное замедление инфляции, сколько: дальнейшее сокращение инвестиций; ухудшение кредитного качества МСП; рост реструктуризаций; сжатие лизинга и оборотного кредитования; снижение прибыли и налоговой базы; увеличение расходов бюджета на субсидирование льготных кредитов и обслуживание долга. 2. Налоговую инфляцию нельзя полностью подавить ключевой ставкой В 2026 году основная ставка НДС выросла до 22%, порог освобождения от НДС для бизнеса на УСН снижен с 60 до 20 млн руб., а универсальная льгота по страховым взносам для МСП была ограничена перечнем приоритетных отраслей. Такие изменения вызывают первичный рост издержек и цен. Высокая ставка не может отменить повышение налога: она лишь заставляет предприятия сокращать инвестиции, персонал, запасы и оборотный капитал, чтобы компенсировать одновременно налоговые и процентные расходы. Поэтому ЦБ следует различать: Первичный эффект налогов и тарифов — разовое изменение уровня цен, на которое не нужно реагировать полным эквивалентом повышения реальной ставки. Вторичные эффекты — распространение роста цен на товары и услуги, не затронутые налогом напрямую, ускорение зарплат, кредита и совокупного спроса. Именно их должна ограничивать денежно-кредитная политика. Стандартный механизм денежной политики предполагает, что повышение ставки снижает спрос и инфляцию через сокращение кредита, потребления и инвестиций. Однако он менее эффективен, когда исходный шок связан не с избыточным спросом, а с налогами, тарифами или ограничениями предложения.

В продолжение темы решения ЦБ о ставке в ближайшие дни добавлю немного почти черного юмора🤪 все совпадения с реальностью - случайны😎 Если посмотреть на логику принятия решения по ставке, то прослеживается личная мотивация руководства ЦБ по её медленному снижению и удержание сверхкрепкого рубля: Гипотеза: 1. Была мечта у...... купить дорогую недвижимость в.... но цены росли слишком быстро... 2. Зарплата у руководства ЦБ от 2-3 млн р месяц (допущение, основанное на словах Силуянова, что им хорошо платят (1,7+ млн р в мес еще 5-6 лет назад) 3. Высокая ставка ЦБ должна была убить двух зайцев - повысить личный доход по начислениям с процентов по депозитам и ограничить рост стоимости объекта из п. 1😅 И все под предлогом борьбы с инфляцией, а когда инфляция стала замедляется в ход пошли козыри и "Блек-Джеки" - данные по "ожидаемой инфляции" по соц. опросам, на основе которых можно сколько угодно долго оттягивать снижение ставки. 4. Но недвижимость из п. 1 все равно сильно выросла, тогда включился "План Б" - пришлось радикально укрепить курс рубля, чтобы можно было выгодно конвертировать рублевый депозит и купить зарубежную недвижимость в.... 5. Депозит скоро заканчивается, да и работа в ЦБ, видимо, тоже. Поэтому после закрытия депозита, конвертации рублей в валюту и покупки недвижимости из "Плана Б" скоро все нормализуется, подождите, пожалуйста😎🙏 Осталось ещё последний десяток миллионов "наскрести" и будет всем счастье - ставка ЦБ нормализуется, инвестиции в экономике вырастут, воспрянет МСП и крупный бизнес, уменьшится дефицит бюджета. Ждём-с! 😂🚀😵‍💫 Вот и сказочке - конец, а кто слушал - молодец! Не ИИР! 😂🤪

Часть 3: Как не потерять антиинфляционную репутацию Ставку нужно снижать не “потому что бюджету тяжело”, а потому что: фактическая реальная ставка чрезмерно высока; инфляция частично имеет налогово-издержечный характер; экономика уже резко замедляется; МСП и лизинг чувствительны к текущей ставке; высокая ставка увеличивает будущие бюджетно-долговые риски; банковский сектор, по оценке самого ЦБ, сохраняет высокий запас устойчивости. При этом ЦБ должен прямо сказать: если снижение ставки вызовет сильное ослабление рубля, ускорение устойчивой инфляции или рост инфляционной премии в ОФЗ, пауза возможна. Но базовый вектор — быстрее снижать чрезмерно высокую реальную ставку. Итоговая формулировка рекомендации Рекомендация главе ЦБ: перейти от осторожного снижения по 50 б.п. к более активному снижению по 100 б.п. На июньском заседании — 13,5%, далее — движение к 12,5–13,0% при подтверждении дезинфляции. Цель — сохранить положительную реальную ставку, но убрать ее чрезмерность, которая уже давит на ВВП, МСП, инвестиции, фондовый рынок и бюджет. Главный тезис: в текущих условиях риск слишком долгого сохранения высокой реальной ставки становится сопоставимым с риском преждевременного смягчения. Поэтому оптимальная политика — не резкий разворот к “дешевым деньгам”, а ускоренная нормализация ставки при жестком контроле инфляции, рубля и рынка ОФЗ. Не ИИР! 🙏😉 P. S. : не благодарите! 🙂

Часть 2: Почему налоговую инфляцию нельзя лечить только высокой ставкой Если значимая часть инфляции связана с ростом НДС, снижением порога НДС для УСН, ростом тарифов и страховой нагрузки, то это инфляция издержек, а не классический перегрев спроса. ФНС указывает, что с 2026 года для УСН действует порог НДС 20 млн руб., а при превышении доходов за 2025 год свыше 20 млн руб. НДС начисляется с начала 2026 года; также предусмотрена общеустановленная ставка НДС 22% либо специальные ставки 5% и 7%. Высокая ставка в такой ситуации не отменяет налоговый шок. Она делает другое: ухудшает оборотный капитал, повышает стоимость кредита, снижает инвестиции и маржу бизнеса. В результате МСП может не “снизить цены из-за высокой ставки”, а просто сократить деятельность, уйти в тень, поднять цены для компенсации издержек или закрыться. Теоретическое обоснование: риск “неприятной монетаристской арифметики” Здесь применим аргумент Сарджента—Уоллеса из Some Unpleasant Monetarist Arithmetic: в режиме фискального доминирования чрезмерно жесткая денежная политика сегодня может привести к более высокой инфляции в будущем, потому что дефицит финансируется дорогим долгом, долг накапливается вместе с процентами, а затем государству может потребоваться более сильная будущая монетизация или инфляционное обесценение обязательств. Современное изложение этой идеи у Uribe прямо формулирует: в фискально доминирующем режиме “tighter money now can cause higher inflation in the future”. Схожая логика есть у Джона Кокрейна в фискальной теории уровня цен: инфляция связана не только с денежной политикой, но и с тем, верят ли держатели долга, что государство сможет обеспечить будущие первичные профициты; иначе цены корректируются так, чтобы снизить реальную стоимость долга. Для России это не означает, что ЦБ должен финансировать бюджет. Наоборот: это означает, что ЦБ не должен чрезмерно долго держать реальную ставку на уровне, который сам ухудшает долговую, инвестиционную и бюджетную траекторию.

В век ИИ и современных технологий, но без расчёта через формулы от ИНП РАН позволю написать концептуальные рекомендации главе ЦБ от ИИ с оглядкой на необходимость не только замедления инфляции, но и роста экономики и снижения роста дефицита бюджета (но без оглядки на рост цен на топливо, который носит немонетарный характер) Часть 1: Ключевая рекомендация На ближайшем заседании — снизить ключевую ставку не на 50 б.п., а на 100 б.п., до 13,5%. При подтверждении слабой инфляции, стабильного рубля и нормального спроса на ОФЗ — заранее обозначить возможность следующего шага до 12,5–13,0%. Почему не 14%: при текущей инфляции около 5,3% и ставке 14,5% реальная ставка составляет примерно +9,2 п.п. Это очень жесткий уровень. Даже ставка 13,5% оставит реальную ставку около +8 п.п., то есть политика все еще будет сдерживающей, а не стимулирующей. По данным ЦБ, в мае 2026 года ключевая ставка составляла 14,5%, годовая инфляция — 5,31%, цель по инфляции — 4%. Логика решения Стандартная учебная макроэкономика говорит: снижение ставки уменьшает стоимость кредита, поддерживает инвестиции и потребление, сдвигает совокупный спрос вправо и в краткосрочном периоде поддерживает ВВП; чрезмерно жесткая политика, наоборот, снижает кредит и ВВП. Это прямо описано, например, в OpenStax Principles of Economics: мягкая политика снижает ставки и стимулирует инвестиции и потребление, а жесткая политика снижает деньги и кредит в экономике, повышает ставку и в краткосрочном периоде снижает реальный ВВП. Для России сейчас важны три особенности. Во-первых, экономика уже замедляется. Сам Банк России в базовом сценарии после апрельского заседания закладывал рост ВВП в 2026 году всего 0,5–1,5%, а макроопрос ЦБ в июне показал снижение прогноза роста ВВП на 2026 год до 0,7%. Во-вторых, высокая ставка быстро бьет по корпоративному сектору, потому что в Обзоре финансовой стабильности ЦБ указано: около 2/3 корпоративного кредитного портфеля выдано под плавающую ставку, поэтому снижение ключевой ставки автоматически снижает процентные расходы компаний. Там же ЦБ отмечает, что МСП более уязвим к замедлению экономики, доля кредитов IV–V категорий качества у МСП выросла с 5,9% до 7,6%, а рост налоговой нагрузки в 2026 году дополнительно давит на сектор. В-третьих, высокая ставка ухудшает бюджетную динамику. В Обзоре ЦБ указано, что за январь–апрель 2026 года дефицит бюджета составил 5,9 трлн руб., или 2,5% ВВП, что на 55,2% выше дефицита, заложенного в бюджет на весь 2026 год. При сохранении высокой ставки новые размещения ОФЗ и рефинансирование долга проходят по высокой доходности, что увеличивает процентные расходы бюджета и может усиливать будущий дефицит.