Добрейшего дня

Дивиденды в пелёнках: как "Мать и дитя" зарабатывает на родительской панике больше, чем магазины игрушек перед Новым годом Если Сбер — это про то, как надежно пристроить зарплату и взять ипотеку на тридцать лет, а HeadHunter — про поиск места, где эту зарплату можно заработать в обеденный перерыв, то «Мать и дитя» (MD Medical Group) — это бизнес на самом дорогом товаре во вселенной. На нас с вами. И если банковский сектор иногда штормит от ключевой ставки, то медицина — это тихая гавань, куда инвесторы бегут прятаться от рецессии. Как устроен этот родильный конвейер? Бизнес-модель ГК «Мать и дитя» MDMG до гениального проста: они взяли самую высокомаржинальную часть медицины (роды, ЭКО, чекапы, хирургия одного дня) и упаковали ее в формат пятизвездочного отеля со скальпелем. У них нет убыточных государственных поликлиник с очередями из бабушек за бесплатными рецептами. Это чистый B2C премиум-сегмент. Вы либо платите сами, либо за вас платит ДМС от хорошей компании. Компания владеет сетью клиник по всей России (от Москвы до Новосибирска) и госпиталем в Дубае. Они не лечат насморк аспирином, они принимают сложные роды и делают экстракорпоральное оплодотворение, где средний чек заставляет кошелек плакать от счастья акционеров. За счет чего золотые горы, а на чем потери? Зарабатывают ребята на том, что люди всегда будут хотеть размножаться и жить долго. Основной драйвер роста сейчас — региональные госпитали. Пока Москва уже насыщена, регионы показывают двузначные темпы роста выручки. Люди устали стоять в очередях в районных ЖК и готовы платить за палату, похожую на номер в Ritz, и врача, который берет трубку в 3 часа ночи. Тратят деньги они в основном на стройку. Медицина требует CAPEX: каждый новый корпус стоит миллиарды. Кроме того, главная боль любого бизнеса сегодня докатилась и сюда — расходы на персонал. Врачей мало, анестезиологов еще меньше, а зарплаты им нужно индексировать, иначе они уйдут к конкурентам или откроют частный кабинет. Из-за этого рентабельность по EBITDA немного просела на один процентный пункт, но осталась на шикарном уровне в 32%. Кстати, компания принципиально живет без долгов. В эпоху ключевой ставки в 20% иметь нулевой долг и кучу наличности на балансе — это чит-код для фондового рынка. Какие внешние факторы бьют по кошельку клиники? Главный риск здесь макроэкономический, но работает он наоборот. Если экономика летит в пропасть, богатые клиенты никуда не исчезают — здоровье детей не та статья бюджета, на которой экономят. Но есть нюансы: - Государство может внезапно изменить правила игры в ОМС или квоты на бесплатное ЭКО, перетягивая поток пациентов в госсектор. - Кадровый голод. Хорошего хирурга нельзя вырастить за месяц, их просто физически ограниченное количество в стране. - География. Госпиталь в Дубае приносит валюту, но зависит от туристического потока и местных регуляторов Персидского залива. - Снижение реальных доходов среднего класса. Клиника «Мать и дитя» — это все-таки люкс. Если массовый потребитель обнищает, база клиентов перестанет расширяться так быстро. Кто в отрасли самый интересный? Помимо самой «Мать и дитя», которая выглядит как швейцарские часы (стабильно, дорого, надежно), взгляд падает на медицинский холдинг «Евромед». Почему именно он? Это классический пример второго игрока, который догоняет лидера агрессивной экспансией. Если Марк Курцер («Мать и дитя») строит империю медленно и основательно, захватывая топовый сегмент, то «Евромед» идет широким фронтом, открывая центры в спальных районах и работая чуть более массово. Для инвестора это выбор между спокойным сном с гарантированными дивидендами (у MD Group дивполитика предполагает выплату более 50% чистой прибыли) и ставкой на более быстрый, но нервный рост капитализации конкурента. Также интересны лаборатории вроде «Инвитро» или Гемотеста, но там маржа ниже, а зависимость от логистики выше. Так что пока королева бала — это доктор Курцер и его сеть золотых колыбелей. #пульснамиллион

HeadHunter: как монополист на рынке стресса зарабатывает на нашей панике Помните 2000-е? Резюме отправляли в Word'е, а работу искали через знакомых. HeadHunter ( HEAD ) (или просто «Хаха», как ласково зовут его эйчары) тогда был просто удобным сайтом с вакансиями. Сегодня это не сайт, а огромный пылесос для резюме и денег корпораций. Компания пережила IPO в Штатах, геополитический шторм, переезд из Кипра обратно домой в РФ и теперь готовится стать полноценным ИТ-гигантом. На чем едет этот паровоз? Забудьте про то, что вы платите за премиум-аккаунт, чтобы поднять свое резюме на три строчки выше — эти копейки уходят на оплату серверов. Настоящие деньги там, где сидит большой бизнес: - Подписки B2B: корпорации покупают доступ к базе так же регулярно, как мы покупаем кофе по утрам. Это их базовая потребность. - Продвижение вакансий: когда кандидатов нет от слова совсем, компании начинают судорожно жать кнопку «Сделать красиво». Выделить вакансию сиреневым цветом стоит неприличных денег, но сейчас это работает лучше любой магии. - Экосистема Skillaz и HRlink: недавно HH скупил всех адекватных конкурентов помельче. Теперь они продают компаниям софт, который сам пишет письма кандидатам и подписывает приказы о приеме на работу. Роботы заменяют рекрутеров, а прибыль уходит в карман акционеров. За прошлый год компания насобирала почти 40 миллиардов рублей выручки (+35%). Кажется, кризис среднего возраста у половины населения страны отлично монетизируется. Убытки есть? А если найду? В отличие от вечно горящих маркетплейсов, которые строят склады до Луны и работают в дикий минус, ребята из HeadHunter ведут себя скучно. Они берут деньги лопатой прямо сейчас. Чистая прибыль за год выросла почти вдвое — до 24,4 млрд рублей. Рентабельность по EBITDA составляет космические 58%. То есть больше половины входящих денег падает сразу в чистую прибыль. В четвертом квартале финрезультат вообще вырос на 97%. Секрет прост: пока весь рынок искал курьеров, менеджмент HH тупо положил свободные миллиарды на депозит под бешеные проценты. Добавим сюда налоговую льготу для ИТ в 0% — получается идеальный финансовый сферический конь в вакууме. Где лежат грабли (риски)? Инвестиции в HH выглядят как покупка вечного двигателя, но даже тут можно споткнуться: - Парадокс дефицита кадров: звучит дико, но успех HH может стать его провалом. Если безработица около нуля, эйчарам лень платить платформе. Зачем покупать доступ к базе, если хороший сварщик сам придет по объявлению на заборе? Малый бизнес уже начал экономить: число клиентов-МСБ просело на 7%. - Конец ИТ-рая: нулевая ставка налога на прибыль для айтишников скоро закончится. Когда придут счета от налоговой, маржинальность немного похудеет. - Геополитика и Кипр: формальности с обменом акций завершаются, но инвесторы все еще вздрагивают при слове «депозитарный мост». - Ключевая ставка ЦБ: сейчас она высокая, и HH косит миллионы просто на процентах по счету. Как только ставку начнут резать, эта магическая прибавка к прибыли исчезнет. - Покупка всего подряд: интеграция купленных сервисов вроде HRLink давит на расходы. Инвестиции в будущее всегда портят красивую картинку текущего отчета. Резюмируя: HeadHunter — это дивидендная классика жанра. Пока люди ненавидят свои работы и ищут новые, акционеры этой компании будут пить пина коладу. Главное, чтобы индекс деловой активности не упал ниже плинтуса. Список использованных сайтов: https://www.tbank.ru/invest/social/profile/T-Investments/d242c3d5-1c23-4188-b799-fa4cabe122d1/ https://www.aton.ru/research/finansovye_rezultaty_headhunter_silnye_pokazateli_po_itogam_kvartala/ https://alfabank.ru/alfa-investor/t/hedhanter-uvelichil-chistuyu-pribyl-v-dva-raza/ https://investor.hh.ru/upload/iblock/40a/ajouq6f64jszrz8mzuc413ryvth12phq/HEAD%204q2024%20release%20050324.pdf #пульснамиллион

Сбер: от классического банка к платформенной ИИ-экосистеме Бизнес-модель Сбера ( SBER )сегодня — это масштабная технологическая платформа, где финансовые услуги служат фундаментом для нефинансовых сервисов. Ключевой драйвер трансформации — искусственный интеллект: в 2025 году более 12 млн розничных клиентов ежемесячно используют ИИ-решения Группы. За счет чего зарабатывают? Основной источник прибыли — чистый процентный доход (рост на 18,5% г/г), обеспеченный ростом кредитного портфеля до 50,4 трлн руб. и высокой маржой в 6,2%. Второй столп — комиссионные доходы от эквайринга, брокерских услуг и подписок. Важную роль играет корпоративный сегмент с долей рынка в кредитовании МСБ почти в 50%. На чем могут терять деньги? Кредитные риски: Доля проблемных кредитов выросла до 4,86%, что требует формирования резервов объемом 610,9 млрд руб. Регуляторное давление ЦБ РФ: Макропруденциальные лимиты сдерживают рост высокомаржинального потребкредитования. Операционные расходы: Инвестиции в развитие моделей GigaChat и кибербезопасность привели к росту затрат на 16,5%. Внешние факторы влияния: Жесткая денежно-кредитная политика Банка России увеличивает маржу, но охлаждает спрос на кредиты. Геополитика вынуждает инвестировать в импортозамещение ПО, а цифровизация населения определяет успех супераппа «СберБанк Онлайн» (MAU — 84,8 млн человек). Другие интересные компании финансовой отрасли: 1. Т-Технологии. T Строит империю вокруг Big Data и алгоритмов без физической сети отделений, добиваясь сверхнизких операционных издержек. 2. Московская биржа. MOEX Инфраструктурный монополист, выигрывающий от волатильности рынков и роста ключевой ставки за счет комиссий за торги. 3. Сектор ЦФА. Компании, развивающие инфраструктуру для цифрового рубля и токенизированных активов с потенциалом кратного роста. Источники: Сокращенные результаты МСФО Q4 2025 год — СберБанк В Сбере рассказали о переходе к платформенной модели взаимодействия бизнеса Сбер утвердил рекордные дивиденды на 850,2 млрд рублей. Интересные факты: В 1990-е годы, на заре становления рыночной экономики в России, Сбербанк зарабатывал преимущественно не на классических кредитах населению, а на операциях с государственными ценными бумагами. В то время доход от работы с гособлигациями (ГКО-ОФЗ) составлял около 35% всех доходов банка, тогда как доля кредитных операций была значительно ниже — около 27%. Фактически банк выступал крупным посредником государства по размещению его долга среди населения и бизнеса РФ. Источник:Совершенствование деятельности Сбербанка РФ Первый клиент и памятник. Самым первым вкладчиком в истории банка стал Николай Кристофари. 1 марта 1842 года он открыл счет на максимальную по тем временам сумму — 10 рублей. В честь этого события Николаю Кристофари установлены памятники в Санкт-Петербурге и Москве. Банкоматы на флоте и в космосе. В начале XX века сберегательные кассы работали даже на кораблях императорского флота, включая знаменитый крейсер «Варяг». А в советское время отделения связи (где часто располагались кассы) принимали платежи за космическую связь, обеспечивая финансовую инфраструктуру для всей страны. Финансирование Победы. В годы Великой Отечественной войны через систему сберкасс было реализовано четыре государственных военных займа под лозунгом «Всё для фронта, всё для победы!». Всего удалось собрать 72 млрд рублей того времени, что покрыло около 15% всех расходов страны на ведение войны. Символ заботы. На первых сберегательных книжках Российской империи печаталось изображение кормящего птенцов пеликана. Это был официальный символ благотворительности и заботы государства о наименее обеспеченных слоях населения, которые копили деньги в кассах. Сам я тоже инвестор Сбера. #пульснамиллион