Почему в моём портфеле 28 компаний, и ни одной больше 16% Когда строишь портфель на облигациях, главный риск — не падение цены, а дефолт. Эмитент перестаёт платить, и ты теряешь не купон, а само тело. Одна облигация, в которую вложил слишком много, может стоить тебе годовой доходности всего портфеля. Поэтому я держусь правила: ни одна компания не занимает критическую долю. Сейчас у меня 28 эмитентов, и вот как распределены деньги. Самая большая позиция — ОФЗ, 16%. Это государственные облигации, самый надёжный инструмент на рынке: чтобы по ним случился дефолт, должно перестать существовать государство. На таком эмитенте концентрация оправдана. Дальше идут крупные корпораты — РЖД, ВИС Финанс, Сбербанк — каждый по 6–7%. Это компании, которым я доверяю, но даже им не даю занять больше. Остальные два десятка эмитентов — по 3–4% и меньше. Что это даёт. Если завтра один из корпоратов объявит дефолт — я потеряю 3–4% портфеля. Неприятно, но не смертельно, купонный поток перекроет это за год-полтора. А вот если бы я держал 30% в одной доходной облигации и она лопнула — это была бы катастрофа, от которой портфель восстанавливался бы годами. Диверсификация скучна. Она не делает богаче в моменте — наоборот, заставляет разбавлять самые жирные идеи. Но именно она позволяет спать спокойно и не зависеть от судьбы одного эмитента. Для рантье, который живёт с потока, это важнее лишнего процента доходности.

Почему рантье на купонах всё равно нужны акции Когда говорят про риск последовательности, обычно представляют человека, который продаёт активы на просадке, чтобы жить. Классическое правило 4% именно про это. Но я живу не с продажи тела, а с потока — купоны и дивиденды. Цена облигации в стакане может проседать, мне всё равно: держу до погашения, получаю номинал, снимаю купон. Открытая позиция в минусе — это не зафиксированный убыток. Казалось бы, проблема решена. Но у чистого облигационного потока есть слабое место — инфляция. Облигация под 14% платит фиксированные рубли. Сегодня на купон с миллиона я живу неплохо. А через 10 лет инфляции этот же купон — половина прежней покупательной способности. Тело по номиналу не подросло, купон сам себя не индексирует. Поток есть, но он медленно обесценивается. Жить только на облигации — значит соглашаться, что с каждым годом ты беднеешь в реальных деньгах. Вот зачем мне акции. Они закрывают ровно эту дыру. Дивиденды по акциям, в отличие от купона, со временем растут — компании наращивают прибыль и выплаты вслед за ней. А вместе с прибылью растёт и само тело — стоимость акции обгоняет инфляцию на длинном горизонте. Я взял Сбер, МТС, Озон не ради спекуляции на цене, а как часть, которая держит мою покупательную способность на дистанции. Облигации дают предсказуемый поток здесь и сейчас, акции — защиту от инфляции и рост на годы вперёд. Одно без другого хромает. Но честно: у акций своя уязвимость к тому самому риску последовательности. Дивиденды не гарантированы — в кризис компании режут выплаты. Сбер уже проходил это, пропускал дивиденды целиком. И просадка по акции в такой момент совпадает с просадкой по выплате — поток слабеет именно тогда, когда нужен сильнее всего. Поэтому моя конструкция держится на трёх ногах. Облигации — стабильный купонный поток на сегодня. Акции — индексация и рост, чтобы не проиграть инфляции завтра. И подушка на 2–3 года — чтобы пережить тот кризис, когда и купоны, и дивиденды временно просядут, и не пришлось бы дёргать портфель. Жить на купоны — правильный способ снизить риск последовательности. Держать акции — способ не проиграть инфляции. А подушка — то, что позволяет спокойно переждать, пока поток восстановится.

Правило 4% — как понять, сколько денег нужно для свободы Когда я только задумался о финансовой независимости, главный вопрос был простым: а сколько вообще нужно накопить, чтобы можно было не работать? Цифра пугала своей неопределённостью — миллион, десять, сто? Оказалось, есть простой ориентир. Его вывел американский финансист Уильям Бенген ещё в 90-х, а позже подтвердило исследование Trinity Study. Он взял исторические данные по рынку за десятилетия и проверил: какую долю капитала можно забирать каждый год, чтобы деньги не закончились до конца жизни. Ответ — 4%. Если в первый год снять 4% портфеля, а дальше просто индексировать эту сумму на инфляцию, то портфель из акций и облигаций переживёт 30 лет почти в любой исторический период — в 95–100% случаев. Тело капитала при этом не проедается: ты живёшь на доход, а сама сумма продолжает работать. Из этого рождается формула точки свободы. Чтобы узнать нужный капитал, умножь свои годовые расходы на 25 (это и есть обратные 4%). Считаю на своём примере. Допустим, мне комфортно жить на 200 тысяч в месяц — это 2,4 миллиона в год. Умножаю на 25 и получаю 60 миллионов. Вот она, моя цифра. Важно не обманываться: 4% — это осторожная, консервативная планка, рассчитанная на самые тяжёлые сценарии рынка. Сейчас, когда облигации дают 15% и выше, теоретически можно выводить больше. Но чем выше ставка вывода, тем выше риск — однажды ставки упадут, и придётся ужиматься. Поэтому я держу 4% как базовый ориентир. Посчитай свою цифру — и дорога к ней сразу станет конкретной

Срез портфеля на 26.06.2026 Стоимость портфеля — 13 574 460 ₽, из них 423 530 ₽ припарковано в Смарт-активе. Рынок бунтует: текущий результат −1 304 072 ₽ (−9,02%). Просадку воспринимаю спокойно — это бумажный убыток, а не зафиксированный. Стратегию не меняю: основной вектор — облигации и наращивание купонного потока. Ранее добрал акции Сбера, МТС и Озона под дивидендную доходность.